Последние 100 метров мужества...
Сергей Грицай
Последние 100 метров мужества…
Посвящается ушедшим и оставшимся героям
Великой Отечественной Войны 1941 — 1945
I
Обычный день. Жара над крышей козырька,
Охранник, заскучавший у окна сберкассы.
На мониторе пляшет серая тоска,
И муха моется в рекламной строчке краски.
Вдруг на пороге банка появился дед.
Обычный дед, в рубашке и в штанах впритирку.
Он от охранника хотел один ответ:
«Сынок, тут можно заплатить мне за квартиру?»
«Угу», - ответил страж, главы не повернув,
«Ты подскажи сынок, а то я здесь впервые».
Он бросил деду – «У окна», и не взглянув,
А где? Мне б показал - мы без очков слепые…
Охранник бросил – «Там», рукою внутрь махнув.
Смущённый дед на стража посмотрел невзрачно,
Охранник, смерил деда, головой кивнув -
«Окошки видишь, ну и иди, оплачивай….».
Дед медленно побрёл к ближайшему окну.
Достал он кошелёк, купюры дал кассирше,
Свой чек забрал, кассирше головой кивнул -
Охранник всё смотрел на монитор застывший…
«Сынок и так весь день? Работу бы нашёл…»
Дед заглянул охраннику в лицо с укором.
«Глумишься, вижу дед! Мой труд и так тяжёл!»
«А!»- протянул отец устав от этих споров.
Охранник зло спросил – «Чего ещё старик?»
«Тебе по пунктам или всё?» - спросил спокойно.
«Не понял?... Дед иди», к дисплею он приник.
«Тогда ты дверь запри и жалюзи послойно…»
Охранник встал,.. увидев воронённый ствол -
«Всажу я пулю между глаз и не промажу,
Сынок блокируй дверь, ложи ключи на стол -
Я стар... Рука трясётся с пистолетом, скажем…»
«Серьёзно это ты?» - лицо вдруг пот прошиб.
«Конечно нет, шучу и со стволом играю!»
«Не нервничай сынок...» - вдруг глас его осип -
«Не плюй против себя и не иди по краю».
II
Разлилась в холле филиала тишина,
Кассир нажала кнопку вызова охраны.
«Жми дочка, жми, теперь она мне не страшна,
Я не за тем пришел, чтоб набивать карманы».
«Чего удумал Лёнь? Ты двинулся старик!?»
Старушка эта видно с ним была знакома.
«А ну - ка Цыц!» - раздался в зале деда крик,
«Вы гляньте на него!» Грабитель! Вот умора!
«Старик, в своём уме?» – промолвил паренёк.
«Отец, ты, что творишь?» - спросил мужик в рубашке.
Секунда и они свой сделают бросок -
Сломают старика в кулачной рукопашной.
Дед быстро отскочил и вверх нажал курок -
Раздался выстрел, дети к матери прижались:
«Послушайте меня!» - Ты сядь на стул сынок…
Детей за вас я испугал, как монстр из журнала…»
«Дедуля как же вы нас грабить собралИсь?
Они же вас платёжкой мигом и узнают…»
«Я и скрывать не буду, ведь не спрячешь жизнь…»
«Да и прожил её - мне не нужна иная».
«Вас же менты убьют, бандиту смерть всегда!» -
Спросил малыш к отцу сидящему пришедший.
«Меня убить?.. Нельзя! Меня убить, нельзя!
Меня война убила… я душой умерший»
В одном окошке касс затренькал телефон:
«Сработка ложная? Есть наши в том районе?»
«Машина сорок пять. Вас понял. Мой район!
От взлома следа нет, на окнах прут калённый»…
«Да правды нет в ногах» - отец присел на стул
«Лёнь? Хочешь провести в тюрьме судьбы остаток?»
«Я после дела Люсь» - дед тяжело вздохнул -
Я смерть приму с улыбкой - даже без оглядок»
Раздался зуммер телефона на столе.
Кассир в глазах с вопросом деда осмотрела.
«Скажи им всё как есть, что я здесь при стволе
Заложники… Рука на пушке онемела…»
«Найдёшь уйти ли брешь? Зачем оно тебе?»
«Скрываться? Мне? Я выйду с гордой головою»
«Чудишь, чудишь ты дед ну, что же твой хребет…
Иисус! Чтоб ты ушёл не в облака - домой»
III
«Работают стремглав…» – дед глянул на часы.
«Мне трубку взять?» - спросила юная кассирша,
«Нет, дочь поверь, это... моя часть полосы» -
Пошёл дед - террорист взял телефон звонивший.
«Да? Добрый день» – сказал скороговоркой дед.
«И Вам там не хворать» – ответил посетитель,
«Какое звание?» – услышал мат в ответ,
«Что звание?» – не понял, "Вы меня простите…"
«Какое твоё звание? – не уяснил?"
«Майор», - на том конце, теперь он речь расслышал,
«Как я могу к Вам обращаться?» – сбавил пыл,
«Я генерал! Лишь по уставу... и не ниже!»
«И так я бы хотел…» - начал было майор…
«Э, нет постой! По званию и по уставу!»
«Не понял я совсем...» - продолжил разговор.
«Вот ты чудак, хоть голос у тебя и бравый!»
«Тогда я помогу тебе. В последний раз -
Товарищ генерал позвольте обратиться...»
Повисла пауза, неловкая - без фраз:
«Товарищ... генерал... позвольте... обратиться»
«Даю добро» – не растерявшись, буркнул дед,
«Узнать бы Вашу цель и численность заложника»
«Заложников полно тебе же дам совет,
Где ты учился, я учил, в скрипучей «кожанке…»
«Тебя ждёт дело, сделай, как я попрошу»
«Товарищ генерал, так точно!» - он ответил.
«Давай без глупостей я со стволом хожу,
«Закрыты двери, окна, жалюзи и... дети!"
«Теперь запросы – денег не возьмусь просить,
Казну просить, коль банк я взял!» - дед засмеялся.
«Майор, на входе бак, в него внеси визит,
Письмо лежит на дне в кусочке матерьяла».
«В нём требования» – дед трубку положил….
«Ну что за на *** » - мент держал конверт разорванный,
«Игра?» – майор сжал телефон что было сил,
А так же скомкал он послание - надорвано...
«Нашли мы с просьбой ваш на мусоре конверт» -
«Но это шутка генерал? - не понимаю… »
«Майор в моём ли случае, давать концерт?
И сделай в точности! Да, просьба вот такая…»
И лично проследи, чтоб всё до мелочей -
Чтоб кожаный ремень, а не пластмассовый.
И да майор... Что? Где? - не ведаю ключей,
Не обижайте ветерана седовласого...
IV
«Я Лёньку знаю тридцать лет уже пади,
С женой дружила, умерла она недавно.
Он всю войну прошёл! Медалей на груди!!!
Он в КГБ до пенсии служил - мужик он славный!
И праздник делала жена в Победный день -
Сказать, он ради дня Победы и держался.
В кафе договорилась… там, цвела сирень -
Ну, вобщем вспоминай, ешь, пей и наслаждайся!
Вернулись с праздника - ограбили их дом…
Святое взяли вот, все Лёнькины награды.
Ему неважно деньги, стулья и разгром -
Пошёл в полицию… ушел, увидев взгляды.
У Леньки, сколько было их, медалей – то!
«И встать я не смогу ещё одну повесить!»
В полиции: - медаль не норка, не пальто...
И после он состарился так лет на десять».
У стойки на столе затренькал телефон:
«Товарищ генерал, мне можно обратиться?
Всё сделано!!!» - его был голос оживлён,
Пакет, там на крыльце, замотанный в тряпицу.
«Майор, тебе я верю. Только обещай мне...
Мне некуда бежать" – сказал дед, улыбаясь
«Пройти, сто метров, дай пройти мне в тишине
Под ветер нашего, как в сорок пятом... Мае»
«Те метры Ваши и не выстрелит никто,
Товарищ генерал, но выйди без оружия…»
«Дам слово я – потом хоть накрывай плитой,
Где боль и грусть умрёт, оставив равнодушие…»
Сынок, там, на порожках ждёт меня пакет -
Сказал отец, глядя на мужика в рубашке.
Дед внёс пакет на стол, оставив пистолет,
Он голову склонил и разорвал бумажку…
Лежала форма генерала на столе,
Вся грудь и в орденах и боевых медалях!
"Ну здравствуйте родные... кланяюсь земле"
И слёзы по щекам от радости бежали…
V
А через пять минут к ним вышел генерал -
Вся грудь и ворот и внизу была в медалях!
«Ах, сколько у тебя значков!» – малыш сказал,
Дед засмеялся смехом юным, без печали…
«Простите… если, что не так… я не со зла,
«Удачи тебе Лёнь» - сказала вслед старушка.
«Удачи Вам!» - сказали – «Счастья и Тепла»,
«Чтоб был живой» - сказала девушка в веснушках.
Мужчина бледный стал и тихо так сказал:
«Меня нельзя убить! Меня уже убили.
Убили веру взяв" – промолвил генерал,
"Когда мою историю, смешали с пылью".
"Когда они забрали у меня тот день -
Ведь ветеран живёт законным Днём победы!
Убили, когда грабили меня - дал крен,
Убили за медали, глянув, что мы седы.
Что есть у ветерана? Есть награда, да!
Ведь каждая награда - то история,
А нам беречь их надо в сердце, навсегда -
Ведь только там их золотая территория!
Теперь я с ними не расстанусь - здесь со мной!"
Дед встал со стула... к выходу направился,
Но метр не дошёл, он опёрся о стол рукой,
Старик качнулся – есть и в сердце тоже правила…
«Что-то волнуюсь я. Внутри так барахлит».
«Отец, эти сто метров так важны наверно?»
Дед глянул на него – «Мой путь назад закрыт».
Стой дед с тобой пойду – так это будет верно.
Нет! Не твои сто метров и не твой сей путь,
Мои отец! Не знаешь ты ведь, я афганец…
Они вошли в проход, и стали отдохнуть -
Стоял в медалях дед, и с ним стоял «повстанец»
Как только вышли «День Победы» заиграл!
Вперёд! Щитал шаги, идя, шепча сквозь слёзы –
Склонил и голову к земле майор – молчал.
Таких нет больше метров, в эпилоге прозы…
Шли два бойца, познавшие победы вкус,
Хлебнувшие зло войн... Два поколения!
Опёрся дед на руку с силой - «Я держусь!»
"Держись! Ты воин дед! Еще, хотя б мгновение…"
Губами он шептал 1, 2, 3, шаг медленнее стал,
Афганец обнял старика за поясницу.
Дед шёл, сквозь пот 97, 98, 99 последний сделав шаг, он встал,
Шепнул с улыбкой – "Сотня! Смог! – не усомниться..."
*****
Лежал на асфальте весь в медалях старик,
Уснул он навеки, а в небо весеннее -
Взирал и афганец весь в слезах… фронтовик...
Что жизнь? Только капля,
секунда…
мгновение...
Комментарии ()